Alexandra Garmazhapova

Russian journalist

Авг 18, 2021
Защита животных в России

Каждое лето официанты кафе в Чехии выставляют рядом со своими заведениями огромные миски с водой – чтоб гуляющие под палящим солнцем собаки могли освежиться. В это же время в России хозяева псов судорожно следят за тем, чтобы их любимец ничего не проглотил на прогулке – догхантеров никто не отменял.

Отношение к четвероногим в России отличается от западного опыта, где бездомный пёс – редкость, а для того, чтобы взять питомца даже из приюта, придётся приложить значительные усилия. В России собак легко заводят и также легко от них избавляются.

Вместе с тем в мае 2021 г. президент РФ Владимир Путин подписал перечень поручений, которые должны способствовать «формированию в обществе ответственного отношения к животным». В частности, он поручил вести учёт домашних питомцев и мониторинг беспризорных, а также создать «механизмы стимулирования добровольной стерилизации, вакцинации и маркирования домашних питомцев». Перечень мер опубликован на сайте Кремля.

Загвоздка в том, что тремя годами ранее в России уже принимали ФЗ «Об ответственном обращении с животными» (в нём также провозглашается «принцип гуманности»), и он не работает.

Только, по официальным данным, в стране проживает более 650 тысяч бродячих собак и кошек. Волонтёры старательно пристраивают их, но меньше ищущих дом животных не становится. Эксперты уверены: ключевая проблема – отсутствие ответственности.

«То есть это не just for fun – заводить питомца. А это – ухаживать и создавать нужные условия (выгул, еда, врачи)», – подчёркивают они.

Преступление без наказания

Жительница Лондона Таня Г. недавно купила щенка за 800 фунтов и уже получила жалобу от соседки, которой не понравилось, что её пёс скулил. «Если мы будем плохо с ним обращаться, соседи могут вызвать полицию. Сначала кейсом займётся обычная полиция, потом дело передадут в подразделение», – объясняет она.

Анализ законодательства США, Новой Зеландии, Великобритании, Чехии и Италии показывает: государство следит за соблюдением прав четвероногих.

Так, в Германии для правонарушителей предусмотрено наказание до трёх лет лишения свободы или штраф в размере 25 тысяч евро, отмечают «Такие дела».

По данным полиции Германии, каждый год регистрируется около 6 тысяч таких преступлений.

Для сравнения: в 2019 г. в России было зарегистрировано всего 490 преступлений по ч. 2 ст. 245 Уголовного кодекса (жестокое обращение с животными).

И вовсе не потому, что россияне бережнее относятся к животным, а потому, что государство игнорирует эту категорию преступлений, говорят эксперты. Закон «Об ответственном обращении с животными», в котором декларируется отношение к животным «как к существам, способным испытывать эмоции и физические страдания», не работает, указывают зоозащитники. Живодёры отделываются копеечным штрафом.

Волонтёр Ксения Васильченко занимается поиском дома для псов, в т.ч. за границей. По её словам, много берут в Финляндию и Германию, до пандемии улетали в США, Чехию, Нидерланды и в Бельгию.

В июне пёс Снежок эмигрировал в Германию. Он жил на промзоне в России, где ради забавы был расстрелян из дробовика «добрыми людьми» – одна из дробинок попала в позвоночник и повредила его. На его операцию и восстановление ушло порядка 100 тыс. рублей.

Васильченко обращает внимание: закон не работает,т.к., во-первых, невозможно доказать состав преступления, во-вторых, собака – это вещь, в-третьих, в России нет animal police.

С ней соглашаетсяспециалист по внешним коммуникациям благотворительного фонда помощи бездомным животным «РЭЙ» Лидия Кондрашова, по словам которой «сегодня, к сожалению, 498-ФЗ (закон об ответственном обращении с животными) и ст. 245 УК РФ (жестокое обращение с животными) существуют только на бумаге, а в действительности же никакие меры наказания не применяются».

«В первую очередь необходимо обеспечить исполнение принятых законов, наладить работу органов, куда любой человек может обратиться с заявлением о жестоком обращении с животным», – настаивает она.

Что касается догхантеров, которые распространяют яд на улицах городов, то их, убеждена собеседница, нужно привлекать к ответственности, в том числе уголовной. 

«Сегодня жестокое обращение с животными наказывается штрафом в размере до 80 тысяч рублей, исправительными работами или лишением свободы на срок до трёх лет, – перечисляет она. – Однако по факту случаи приведения в исполнение этих наказаний единичны. Правоохранительные органы крайне неохотно принимают заявления о жестоком обращении с животными или вообще отказываются связываться с этим».  

Не работает и программа по отлову животных, их стерилизации, вакцинации и возвращению в прежнюю среду (она действует в соответствии с 498-ФЗ).

«На практике наблюдаем следующее: собаки сидят в пунктах отлова, на них тратятся деньги из бюджета, потом средства, полученные под госзаказ, заканчиваются, собак увозят в соседнюю область и выпускают в лес, где они погибают от голода, клещей или под колёсами автомобилей», – объясняет Васильченко.

На всё воля божья

Кондрашова напоминает, что закон также предписывает воспитание у социума нравственного и гуманного отношения к животным, но, «как мы видим, этого не происходит»:

«Необходимо проводить просветительскую работу с населением, сейчас этим занимаются только зоозащитные организации, но их ресурсов не хватает. Важно давать людям хотя бы минимум информации: объяснять, почему нельзя выпускать домашних животных на самовыгул, зачем их нужно стерилизовать, зачем обращаться в ветклиники и т.п.»

По сей день, продолжает она, среди владельцев широко распространены устаревшие представления о содержании питомцев, что негативно сказывается на качестве их жизни, а зачастую и представляет серьёзную опасность. 

«А ведь в законе об ответственном обращении с животными прописано, что владелец обязан стерилизовать/кастрировать своего питомца, оказывать надлежащий уход и своевременную ветеринарную помощь», – ссылается на документ представительница фонда. 

Ей вторит Васильченко, констатируя, что «в нашей стране нет информации о стерилизации»: «В Европе вы не встретите нестерилизованных собак, если только не в питомнике. У нас есть проекция человеческой репродуктивной функции на собак. Мол, пусть моя Жучка побудет мамой. Существует также религиозный момент. У меня во дворе бегала кошка с котятами, когда призывала стерилизовать её, бабушки говорили: “Ты что, не православная? Это грех! На всё воля божья”».

В России нет программы бесплатной стерилизации животных – не может бабушка принести свою Жучку и стерилизовать её, сетует она.

Несмотря на то, что в крупных городах собак чипируют за счёт бюджета, ответственность за отсутствие чипирования не предусмотрена. «Нет и единой базы чипирования по стране», – добавляет Васильченко.

История про деньги

По мнению Васильченко, Российская кинологическая федерация (РКФ) не контролирует разведение собак. Также отсутствует квота на разведение.

«Половина питомников хуже живодёрни! Держат собаку, пока она производит потомство (а делать это заставляют без остановки), а потом умерщвляют за ненадобностью, – описывает зоозащитница. – Когда вы покупаете на Avito породистого щенка за 15 тысяч рублей, вы должны понимать, за счёт чего, а точнее, кого такая цена. Метисов из этих питомников выкидывают – они никому не нужны».

«И ещё тут история про деньги: заводчики продают щенят, не проверив надлежащим образом опыт потенциальных хозяев и условия, в которых будет жить питомец, – обращает внимание она. – Взять тех же хаски – это очень красивая порода, но нужно понимать, что они довольно сложные в воспитании и содержании. Они требуют много внимания, терпения и активного образа жизни. После того, как щенок хаски перевернёт в квартире всю мебель, его выкидывают. Таких историй масса».

По словам Васильченко, к ним в приют регулярно обращаются индивидуумы, которые хотят избавиться от своих питомцев: «Звонит девушка и говорит: “Я хочу сдать своего 8-летнего шпица. Я купила недавно нового, а эта мне уже не нужна – старенькая стала, глазки текут и т.п.”. То есть отношение, как к вещи».

Слишком легко

Васильченко полагает, что собачьи беды кроются в том, что россиянам четвероногие достаются слишком легко.

«Если бы заключали официальный договор, получали паспорт, осознавали бы: это – ответственность. А так берут Жучку, кормят её костями, а как помрёт, возьмут Шарика. И выкинуть свою собаку можно безнаказанно», – рассуждает она.

В Европе, продолжает собеседница, только за то, чтобы взять непородистую собаку из приюта, нужно выложить 400-450 евро:

«Заключить с приютом контракт, который тебе одобрят после того, как покажешь договор на квартиру (если жилплощадь в аренде, то нужно разрешение от её владельца), и предоставить справку с работы. Если вы не готовы заплатить эти 400-450 евро, то как пойдёте к ветеринару в Финляндии или Германии?»

К тому же раскошелиться придётся на обучение в кинологической школе, на стерилизацию, обязательную страховку и налог на питомца. Если житель Германии, например, захочет перестать платить налог на пса, то должен будет объяснить властям, куда собака делась.

Однако россияне не хотят тратиться на питомцев, даже на их обследование. «Некоторые желающие взять собаку, когда спрашиваем, что случилось с прежней, отвечают: “Померла. Не ела три дня, потом распухла и скончалась”. И у них даже мысли не было свозить её к ветеринару», – возмущается зоозащитница.

Проблески больших городов

Как бы то ни было, сознание растёт, считает Васильченко, – в крупных городах стало модным брать собаку из приюта.

«При этом у людей остаётся любовь к халяве: когда выкладываем фото породистой собаки, телефон разрывается от звонков. Хотя дворяне (метисы. – Ред.)уникальны, они не похожи ни на кого. Есть передо мной выставить пять породистых собак, я их между собой не различу, а вот дворян – сразу», – говорит она.

С ней соглашается Лидия Кондрашова, отмечая, что в крупных городах – Москве и Санкт-Петербурге – уровень культуры содержания четвероногих повышается, и «всё больше людей относятся к своим питомцам, как к животным-компаньонам».

«Этому способствует развитие инфраструктуры: появляется больше площадок для выгула, общественных мест, куда можно прийти со своим питомцем, всё больше ветклиник и т.д. Заботиться и комфортно существовать со своим домашним животным становится удобнее, – радуется она. – Однако в регионах картина не такая радужная, там в принципе ниже степень удовлетворенности жизнью и гораздо меньше людей думают о благополучии животных».  

Что делать?

Васильченко призывает установить лимит на разведение собак и начать регистрацию/учёт всех домашних животных. Хотя бы собак – с паспортами, вакцинацией и бесплатной (льготной) стерилизацией.

«Не забываем о принципе кнута и пряника: предоставляя бесплатную стерилизацию, вводим штраф за оставление собаки без присмотра. Если ваш друг найден, праздно болтающимся на улице, будьте добры оплатить штраф – тысяч 20», – предлагает она.

По её мнению, также необходимо усилить ответственность «за жестокое обращение, ненадлежащее содержание и любые насильственные действия в отношении животного».

«Нужно социальное просвещение: объяснять людям, что собака for fun не набрасывается на человека, – продолжает она. – Вы спрашиваете, откуда берутся живодёры. Любая жестокость идёт из семьи – почему в классе обижают самого слабого?»

Постепенно, убеждена волонтёр, адекватные меры будут уходить в регионы – область тянется за городом.

По словам Лидии Кондрашовой, в первую очередь необходимо стерилизовать/кастрировать, вакцинировать, чипировать и ставить бирки на беспризорных животных, а также установить жёсткий контроль за работой служб отлова и ввести наказание за ненадлежащее исполнение их работы.

«Это предотвратит бесконтрольное размножение бездомных животных», – полагает она. 

«Всех социализированных животных (как правило, это – бывшие домашние собаки и кошки, которые не могут выжить на улице) или тех, кого в перспективе удастся социализировать, нужно забирать с улиц и помещать в приюты или на передержки, чтобы найти им новых владельцев, – заявляет сотрудница фонда. – Но здесь есть одна важная оговорка: приюты в том виде, в котором они сегодня существуют, не способны обеспечить качественное содержание и уход за животными, а поиск новых хозяев полностью лежит на плечах волонтеров, которых катастрофически мало. Поэтому один из важнейших вопросов, который должно решить государство – это полный пересмотр системы приютов». 

Что касается собачьих курсов по вежливому поведению, как в Европе, то, рассуждает Кондрашова, «на фоне очень плачевной ситуации с бездомными животными в нашей стране введение подобных курсов кажется чем-то недостижимым». 

«При этом ответственные владельцы сами обращаются к кинологам и зоопсихологам, читают литературу, смотрят видео для того, чтобы лучше понимать своего питомца. К сожалению, до сих пор таких людей в нашей стране очень мало, – расстраивается общественница. – Организация курсов ответственных владельцев была бы логичным продолжением работы государства по решению описанных проблем».  

Кондрашова напоминает, что в правительстве уже обсуждалась идея введения налога на домашних животных, который есть на Западе, но «в современной ситуации это приведёт к тому, что огромное количество животных будут выброшены на улицу хозяевами, которые не захотят нести дополнительные расходы». 

«В сети нам регулярно пишут, мол, помогите сначала людям, а уж потом занимайтесь собаками. Как правило, те, кто такое пишут, не помогают никому», – резюмирует Васильченко.

Вероятно, в стране, где люди до сих пор живут в бараках, к гуманному отношению к животным придут ещё очень нескоро.